130 лет назад венчан на царство российский император Николай II.
«Ознаменовать добрым делом»
«Высочайшим Манифестом» в первые дни 1896 года россиянам объявлено: «При помощи Божией вознамерились Мы в мае месяце сего года в первопрестольном граде Москве возложить на Себя Корону, приобщив к сему и Любезнейшую Супругу Нашу Государыню Императрицу Александру Федоровну. Призываем всех верных Наших подданных в предстоящий торжественный день Коронования разделить радость Нашу»…
«На приобретение блюда для поднесения Их Величествам хлеба-соли в день Коронации» Оренбургская городская дума ассигновала «в распоряжение городского головы Н. А. Середы 800 рублей и на поездку его в Москву 700 рублей». Кроме того, «признано необходимым ознаменовать день Священного Коронования каким-нибудь добрым делом»…
Накануне важного события оренбуржцев информировали: «Дни Священной коронации Государя Императора Николая Александровича и Государыни Императрицы Александры Федоровны 14, 15, 16 мая (26, 27, 28 мая по новому стилю. – Т. С.) совпали со светло-радостными днями праздника Святой Троицы при теплой, во всех отношениях благоприятной погоде.
Население Оренбурга чутко готовится встретить великие в православной России дни, и уже в шести местах устроены арки для иллюминации. В эти дни состоятся спектакли, гулянья в садах и на бульварах, беднейшим жителям города будут розданы даровые обеды (по 500 в день) за счет города».
«Город походил на тюльпанное поле»
«Дни Священного Коронования вышли здесь всенародным праздником и заняли почти неделю, – свидетельствовал позднее очевидец торжеств, – еще 13 мая (25 мая по новому стилю. – Т. С.) всенощное богослужение в Кафедральном соборе (находился на месте сквера у Дома Советов. – Т. С.) и во всех храмах привлекло массы молящихся.
А 14 мая новособорная площадь (ныне территория вокруг Дома Советов – Т. С.) и прилегающие улицы ко времени литургии, которую совершал владыка Николай (епископ Оренбургский и Уральский. – Т. С.), были переполнены народом…
Все с нетерпением ждали телеграммы – и вот к концу литургии, как молния разлетелась весть, что Священное Коронование с Божией помощью совершилось. В 2 часа дня послышались вестовые пушечные выстрелы, загудели колокола всех церквей, и к Кафедральному собору потекли ручьи верноподданного народа всех наций и вероисповеданий. Войска и должностные лица явились в парадной форме.
По совершении епископом молебствия в соборе (молебствие совершено также и во всех прочих церквах города), состоялся воинский парад, причем гремели салютоционные пушечные выстрелы.
Город, разукрашенный бесчисленными флагами, красивыми щитами, мачтами и транспарантами, казалось, тонул в цветнике и благодаря зелени садиков походил издали на тюльпанное поле…
Скоро начались народные гулянья на Сенной площади (сейчас площадь вокруг Центрального рынка. – Т. С.), в народных чайных отпускались обеды для беднейших жителей более чем на 500 душ, запели песенники, заиграли оркестры музыки, а вечером город осветился небывалым еще здесь множеством огней… Был сожжен за рекой Уралом и фейерверк».
«Иллюминацию видно было за десятки верст»
Оренбуржец в мае 1896 года не скупился на подробности: «Иллюминация огнями вышла эффектной. Особенно красиво освещены были арки на Большой улице (теперь ул. Советская. – Т. С.), у въезда в Караван-Сарай, у городского фонтана и у железнодорожного вокзала, здание которого по фасаду сверху донизу горело тысячами разноцветных огней и казалось волшебным замком.
Даже в отдаленных улицах и переулках горели плошки, стаканчики и цветные фонари, а Караван-Сарайский сад, благодаря тысяче цветных огней представлял чарующий вид и был переполнен посетителями.
Описать блеск, затейливость иллюминации и движение гуляющей публики на Большой улице нет возможности. С этим согласится всякий, кто видел иллюминированные здания, например, почто-телеграфной конторы, гостиного двора, городского театра, реального училища, мужской гимназии и ее пансиона, Второго кадетского корпуса, казенной палаты (горел огнями даже бельведер) и кто сам гулял по этой улице, езда по которой была прекращена.
Неплюевский кадетский корпус освещал соседний городской садик, показывал на экране в окне портреты Их Величеств…
Город буквально горел в огнях, и зарево от иллюминации видно было за десятки верст, особенно в киргизской степи, из которой любопытные кочевники не замедлили явиться на своих скакунах и долго разъезжали по городу изумленные и очарованные.
В офицерском собрании состоялся парадный бал. В театре группа оперных артистов
Алмазова и Кателли давала оперу Глинки «Жизнь за Царя»…
«В мечетях совершено особое молебствие»
Местный журналист тогда рассказал и о том, как отмечали Коронацию Императора оренбургские магометане: «В субботу 11 мая (23 мая по новому стилю. – Т. С.) мусульмане справляли великий праздник Гайды-Курбан, молясь о русском Царе и обо всем Августейшем Доме.
В семи мечетях молящихся было до 10.000 человек. Много молившихся было у Менового двора в степи. Затем 13 мая в соборной мечети и других мечетях Оренбурга совершено особое молебствие о здравии и благоденствии Их Императорских Величеств.
По получении извещения о Короновании в мечети совершено благодарственное Всевышнему Творцу молебствие. На другой день 15 мая (27 мая по новому стилю. – Т. С.) в 12 часов совершено в соборной мечети молебствие в присутствии всех воинских чинов и воспитанников всех учебных заведений, а в 2 часа ахуном Альметевым совершено молебствие в оренбургском тюремном замке для арестантов из мусульман».
«Забавны игры мусульман»
Наш любезный информатор сообщал: «Второй день начался молитвой в соборе и прочих церквах, затем всенародным молебном на Форштадтской площади у часовни, парадом казачьих воинских частей с выносом войсковых знамен и салютом из четырех орудий в 101 выстрел.
На ипподроме мусульманское общество устроило народное гулянье, состоявшее из скачек лошадей, бега иноходцев и людей, борьбы с выдачей призов на сумму до 500 рублей.
Гулянье мусульман задумано М. Г. Хусаиновым, М. Девишевым (купцы. – Т. С.) и привлекло до 7.000 участников. Счастливцы ушли с часами, халатами, материей из шелка и бархата, с коврами, платками и деньгами. Очень забавны были и игры мусульман».
Третий день праздника «начался скачками, джигитовкой и играми казаков на лугу за Форштадтом. Народу пешего и конного явилось видимо-невидимо. Удалью казачьей все восхищались до часу дня и при раздаче призов (часов с надписью «В память 14 мая») слышны были дружные аплодисменты.
В этот день устроен второй бесплатный дневной любительский спектакль для учащихся, а в войсковом казачьем управлении состоялся семейно-танцевальный вечер, который оказался многолюдным и прошел весело…
Кроме угощения бедных даровыми обедами, не забыты были и учащиеся начальных школ. Им роздано до 3.000 пакетов с лакомствами на 20 копеек каждому (столько же по тем временам стоил килограмм говядины. – Т. С.). Дети были очень довольны своим апельсином и конфектами».
«Был помят толпой, но остался жив»
В заключение репортажа о торжествах его автор подчеркнул: «Несмотря на многолюдство праздничных дней полиция не жалуется на беспорядки… Так любит и благоговейно чтит русский народ своего батюшку Царя и свою Матушку Царицу».
На коронационных торжествах в Москве весной 1896 года присутствовала делегация от Оренбурга. Городской голова Николай Акимович Середа прислал жителям степного края телеграмму: «Государь Император и Государыня Императрица милостиво изволили принять городскую хлеб-соль и выслушать молитвенные благопожелания о долгоденствии Их Величеств.
Государь Император повелеть соизволил: благодарить от Высочайшего имени граждан г. Оренбурга за принесенные всеподданнейшие приношения и выраженные чувства, а Государыня Императрица милостиво допустила городскую депутацию к целованию руки Ея Императорского Величества».
Тем временем печальные события на Ходынском поле в Москве, когда толпа в несколько сот тысяч человек, стремясь к месту раздачи угощений, лишила жизни более тысячи соотечественников, получили свой отклик в Оренбурге. Один из оренбуржцев свидетельствовал: «В городе упорно циркулировал слух, что всем известный бывший частный пристав господин С-в погиб на Ходынском поле. Между тем приехавшие из Москвы удостоверяют, что С-в был помят толпой, но остался жив».
В статье использованы цитаты из архивных документов с сохранением индивидуальных особенностей орфографии и пунктуации, характерных для стиля их автора и исторической эпохи.
Автор Татьяна Судоргина
Фото предоставлено Татьяной Судоргиной
12+
