Осенью 1896 года Оренбург и его окрестности обозревал французский ученый Жозеф де Бай.
«30 лет посвятил изучению археологии»
В последней четверти XIX века активно укреплялись франко-российские научные связи. Особая заслуга в этом принадлежит барону Жозефу де Баю – археологу и путешественнику, члену Парижского географического общества, почетному члену Уральского общества любителей естествознания, члену Особого комитета по устройству в Москве Музея 1812 года.
Российский искусствовед Е. М. Букреева пишет о нем: «Амур-Огюст-Луи-Жозеф-Бертело де Бай родился в Париже 31 января 1853 года в аристократической семье. В возрасте двадцати лет барон де Бай сделал научное открытие, обнаружив более ста гротов неолитической эпохи, зарисовал их и включил рисунки в монографию, вышедшую в 1880 году в Париже.
Впервые в Россию барон де Бай приехал в 1890 году на VIII археологический съезд, где познакомился с русскими археологами. С этого момента судьба барона неразрывно связана с Россией. Тридцать лет жизни он посвятит изучению археологии, этнографии Российской империи. Напишет более 100 статей и книг. Проедет по Сибири, Уралу, Поволжью, Кавказу, Крыму, Прибалтике, Украине. Посетит русские монастыри и усадьбы.
Везде, где барон бывал, он приобретал предметы старины. Из археологических памятников, историко-бытовых предметов, икон сформировалась коллекция русского искусства. Своей коллекцией де Бай очень гордился – экспонировал ее в галереях Парижа. Дарил целые собрания музеям (Лувр, Севр, Музей антропологии, Музей войны, Музей Сен-Жермен-ан-Лэ)».
«Историческому музею – 2 000 предметов»
Членом Императорского Московского археологического общества барон де Бай стал в 1890 году. Он «принимал деятельное участие в раскопках в Сибири и на Украине, принес в дар Историческому музею и Московскому археологическому обществу свои коллекции предметов каменного века, найденные в Шампани. В Государственном историческом музее хранится более двух тысяч предметов на тему франко-русского союза, подаренных бароном в середине 1890-х годов».
Елена Михайловна Букреева утверждает: «Из блестящего ученого-археолога барон де Бай стал этнографом, историком, публицистом, коллекционером, а в конце жизни – искусствоведом».
Она считает, что слова русского ученого А. Башмакова «как нельзя лучше отражают сущность личности» француза: «Редко можно встретить в Европе человека, всецело выросшего на дрожжах западной культуры, который, глубоко поняв Россию во дни ее культурного блеска, продолжал бы ее любить во дни ее безмерного унижения. Он часто повторял окружавшим его, что Россия является для него второй родиной».
«Для подготовки радушного приема»
На Урале и в Западной Сибири де Бай побывал трижды: в 1895, 1896 и 1897 годах. В середине 1896 года оренбуржцев известили: «Командированный в Россию от Министерства народного просвещения Франции для научных целей барон Иосиф Августович де Бай в течение нынешнего лета посетит г. Оренбург с целью археологических и этнографических изысканий».
Оренбургская городская дума «избрала особую комиссию» под председательством городского головы Н. А. Середы для подготовки «радушного приема» важного гостя.
На вокзале его должен был встретить глава губернского центра с депутацией. «После краткого приветствия» они сопровождают его «в апартаменты в Европейской гостинице (сейчас здание на ул. Советской, д. 52. – Т. С.), предлагают легкий завтрак, чай и кофе». В первый день пребывания «производится осмотр ремесленного училища, женской прогимназии, 3-классного городского училища, пожарного обоза и городских боен».
Во второй день предполагалось показать французу Меновой двор «с его караванами и табунами». Там же планировался завтрак, «за которым преподнести фотографический альбом оренбургских видов и типов инородцев, живущих в Оренбурге и приезжающих в него для торговли». О выполнении этого пункта свидетельствуют сохранившиеся фото К. Фишера 1896 года с соответствующей пометкой: «Mission du Baron de Baye».
Затем намечались «обед в Общественном собрании (ныне корпус Оренбургского института искусств на ул. Советской, д. 17. – Т. С.) и поднесение для передачи супруге президента Французской Республики госпоже Фор изящного оренбургского платка – вещественный знак симпатий оренбуржцев к французскому народу».
Также решено: «На расходы по приему ассигновать 500 рублей» (немалая сумма: килограмм мяса высшего сорта стоил тогда около 30 копеек).
«Нашел целый ряд курганов»
«Давно ожидаемый» барон де Бай, возвращаясь из г. Красноярска, «прибыл в г. Оренбург по железной дороге 16 сентября (28 сентября по новому стилю. – Т. С.), а 17 сентября (29 сентября по новому стилю. – Т. С.) отбыл в Павловскую волость Оренбургского уезда для осмотра курганов.
По дороге из села Подгородняя Покровка к станции Каргала железной дороги он нашел целый ряд курганов. Их было такое множество, что барон де Бай предположил, что тут находится древнее кладбище. Кроме того, около хутора купца А. И. Бродина оказались целые группы древних курганов. Господин Бродин, на земле которого оказались курганы, любезно предоставил барону де Баю право производить дальнейшие археологические исследования.
На следующий день 18 сентября (30 сентября по новому стилю. – Т. С.) барон де Бай с утра отправился осматривать Меновой двор г. Оренбурга, где был снова встречен городским головой и депутатами.
На Меновом дворе барон де Бай знакомился с бытом киргизов и в высшей степени был заинтересован выделкой различных серебряных украшений по способу весьма примитивному и, по мнению барона, весьма древнему».
«Завтрак отличался задушевностью»
К часу дня «в кибитку, красиво устроенную внутри Менового двора, стали собираться приглашенные к завтраку. На завтраке, отличавшемся большою задушевностью, были провозглашены тосты: «За Государя Императора», «За Президента Французской Республики г. Фора», «За представителя Франции барона де Бая».
В ответ барон де Бай сказал по-французски речь: «Я кончаю свое путешествие городом Оренбургом, находящимся на рубеже Европы и Азии, но городом русским. Я пью за здоровье России – просветительницы Азии и за здоровье города Оренбурга».
Городским головой Н. А. Середой поднесена барону де Баю небольшая коллекция серебряных колец киргизских мастеров.
Киргиз Тургайской области Актюбинского уезда Жалзак Назымбеков, явясь в кибитку, просил барона принять на память киргизский нож очень красивой работы. Барон де Бай принял подарки и, тронутый вниманием, благодарил».
«Джигитовка казаков поразила удалью»
Очевидец события 130-летней давности сообщал: «В это же время чрез Меновой двор проходила отдельная сотня оренбургских казаков, делавших проездку. Этим воспользовался генерал-майор А. С. Мелянин, показавший барону де Баю джигитовку казаков, которая поразила барона лихою удалью, также было показано построение под названием „лава“.
…Далее барону де Баю показана скачка верблюдов и киргизская борьба. После этого барон продолжал осмотр Менового двора и приобрел несколько предметов, относящихся до этнографии киргизов. Перед отъездом из Менового двора вице-губернатором Соколовским предложено еще раз выпить за здоровье барона и поблагодарить его за посещение. Громкое „Ура!“, „Да здравствует Франция!“ было поддержано массою собравшихся киргизов, татар и всей бывшей на Меновом дворе публикой».
Вечером городским головой «послана в Париж, находящемуся там французскому послу в России графу Монтебелло телеграмма: „Город Оренбург, чествуя сегодня знаменитого французского ученого барона де Бая, воодушевленный чувствами симпатии и энтузиазма к великой французской нации, просит Вас передать об этом президенту республики и сообщить ему, что горячий и единодушный тост был провозглашен в честь г. Фора“».
В «четверг 19 сентября (1 октября по новому стилю. – Т. С.) барон де Бай выехал вновь в Павловскую волость в имение г. Бродина для археологических исследований».
«Под звуки Марсельезы»
Информируя о дне отъезда из столицы степного края французского путешественника, один из оренбуржцев в 1896 году писал: «Сегодня утром, 21 сентября (3 октября по новому стилю. – Т. С.), оренбургским городским головой получена из Парижа от графа Монтебелло ответная телеграмма: „Президент республики благодарит г. Оренбург за высказанные чувства симпатии“.
В 5 часов дня в квартиру барона де Бая прибыли городской голова Н. А. Середа с уполномоченными от города представителями. Городской голова передал для преподнесения супруге президента Французской Республики г-же Фор от г. Оренбурга шкатулку с пуховым платком. Платок большой величины, белый, по тонкости работы и материалу представляет собою выдающийся образчик местного искусства; шкатулка карельской березы.
Барон де Бай, глубоко тронутый выраженными городом чувствами симпатии, благодарил городского голову и представителей. В тот же день с поездом железной дороги барон де Бай выехал из Оренбурга. На вокзал для проводов барона прибыли оренбургский вице-губернатор Соколовский, городской голова, представители города и много публики, пожелавшей еще раз выразить барону свои симпатии.
В особом помещении вокзала барону и собравшемуся обществу городом предложено шампанское. После тоста «За драгоценное здравие Государя Императора» под звуки казачьего оркестра, исполнившего «Боже, Царя храни!», был предложен тост за президента Фора.
Казачий оркестр сыграл Марсельезу. После пожеланий барону де Баю счастливого пути поезд под звуки марша отошел, увозя симпатичного Оренбургу гостя, выразившего на прощание еще раз свою искреннюю признательность за оказанный ему прием».
Автор Татьяна Судоргина
Фото предоставлено Татьяной Судоргиной
В статье использованы цитаты из архивных документов с сохранением индивидуальных особенностей орфографии и пунктуации, характерных для стиля их автора и исторической эпохи.
6+
