В Оренбуржье в середине октября ежегодно проводятся «Дни оренбургского пухового платка», приуроченные к празднику Покрова Пресвятой Богородицы. Перелистывая страницы истории одного из главных символов нашей малой родины, вернемся в последнее десятилетие ХIХ века.
«Попадают в фешенебельный Париж»
«В области кустарной промышленности женское казачье население Оренбургского края славится производством пуховых платков, известных в продаже под именем «оренбургских», – утверждал один из оренбуржцев в 1894 году. – «Пуховые изделия эти доходят уже до обеих столиц, даже попадают в фешенебельный Париж.
Вследствие большого спроса на пуховые платки явилась уже контрфакция (т. е. подделка. – Т. С.) этих изделий, например, «пензенские» пуховые платки. Да и наши казачки стали подмешивать к чистому козьему пуху (белому и серому) бумажные (хлопковые) волокна.
До приезда нынешнего начальника губернии эта орско-оренбургская женская промышленность шла довольно вяло. Казачкам приходилось сбывать свои произведения приезжим кулакам-скупщикам или менять у орских и других лавочников-краснорядцев на ситцы по крайне низким ценам. Иногда не окупался не только труд, но и материал.
С приездом же нового начальника губернии и наказного атамана Владимира Ивановича Ершова (управлял Оренбургской губернией в 1892–1899 гг. – Т. С.) и с принятием его супругой Еленой Михайловной под свое просвещенное покровительство означенной отрасли женского труда производство пуховых платков оживилось и много улучшилось в качественном отношении».
По инициативе жены губернатора
Подчеркивая важную роль Елены Ершовой в усовершенствовании процесса изготовления и распространении плодов труда оренбургских мастериц, современник событий сообщал: «Ее превосходительство нашла, прежде всего, выгодный сбыт для пуховых платков через своих доверенных лиц.
Она приобретала платки по казачьим поселкам и отправляла в Москву, Петербург в отдел женского труда и даже в Америку на всемирную выставку в Чикаго. Вырученная прибыль высылалась продавщицам, и они на свою прибыль делали новые обороты.
По инициативе и указаниям Елены Михайловны наши казачки при вязании пуховых платков стали вводить в пуховые нити шелковые, и это нововведение придает платкам много изящества и блеска.
Имея хороший и выгодный сбыт, казачки стали получать порядочный заработок и тем улучшать свое домашнее благосостояние. За такое высокое покровительство со стороны супруги губернатора особенно признательны кустарки-казачки Новоорской и Таналыцкой станиц Орского уезда».
«Ее Величеству на память»
Как и все россияне, жители степной окраины страны в 1894 году радовались бракосочетанию императора Николая II. Еще весной «оренбургские дамы выразили желание поднести Высоконареченной Невесте подарок на память и некоторые намечали платок, вязаный здешними искусными вязальщицами…»
Вопреки утверждениям авторов некоторых публикаций дар оренбуржцев был передан по адресу не в ноябре 1894 года (когда состоялось венчание), а в начале 1895 года.
В первоисточниках фигурируют две даты с разницей в четыре дня: «17 января (29 января по новому стилю. – Т. С.) депутациями сделаны поднесения Их Императорским Величествам: от Оренбургского казачьего войска: изящный миниатюрный деревянный ларец, украшенный сверху голубой эмалью с изображением из серебра регалий войска». В ларец были вложены «складень от войска, украшенный сибирскими драгоценными камнями», с иконами Святителя Николая Чудотворца и Святого Великомученика Георгия Победоносца, а также «белый оренбургский платок в 10 квадратных аршин» (аршин около 71 см. – Т. С.)
Елена Михайловна Ершова в 1895 году писала: «21 января (2 февраля по новому стилю. – Т. С.) я имела счастье повергнуть на Всемилостивейшее воззрение Их величеств Государя Императора и Государыни Императрицы Александры Федоровны проект об учреждении оренбургскими дамами в ознаменование радостного дня бракосочетания Их Величеств стипендий в учебных и благотворительных заведениях Оренбурга, а также поднести Ея Величеству от имени оренбургских дам оренбургскую пуховую шаль.
Милостиво выслушав меня, и приняв подношение, Государь Император и Государыня Императрица Высочайше соизволили поручить мне передать всем участвовавшим в подношении дамам сердечную благодарность Их Величеств».
Та же дата – 21 января указана и в информации 1895 года о подарках членам императорской семьи «от дам-мусульманок г. Оренбурга»: «Императрице Марии Феодоровне (матери Николая II. – Т. С.) – в серебряном ларчике оренбургский платок размером 16 квадр. аршин, весивший 15 золотник (золотник – 4,26 г, то есть платок весил около 64 г. – Т. С.). В качестве депутаток представлялись жены местных купцов Хадича Девишева, Ширин-бану и Биби-мефтуха Хусаиновы, из которых первая давала объяснения на русском языке на вопросы, предложенные Их Императорскими Величествами».
«От имени оренбургских казачек»
Оренбургский платок, преподнесенный молодой императрице на излете ХIХ столетия, сберегли сотрудники государственного музея-заповедника «Павловск» (г. Санкт-Петербург). В рамках проекта «Казачий дар» с октября по декабрь 2021 года он демонстрировался в нашей замечательной галерее «Оренбургский пуховый платок».
Жителям и гостям г. Оренбурга выпала редкая и счастливая возможность почувствовать свою сопричастность к истории и своими глазами увидеть бесценные реликвии отечественной культуры.
Изящное произведение искусства размером 3,25 на 3,25 метра легко умещается в роскошный ларец фирмы Карла Фаберже (размером 20 на 22 сантиметра), выполненный по заказу Елены Михайловны Ершовой из серебра, корневого дерева и бархата.
На серебряной пластине, прикрепленной к внутренней стороне ларца, выгравирована надпись: «Ея Императорскому Величеству Государыне Императрице Александре Федоровне, верноподданнейшия и беспредельно преданныя оренбургския казачки».
«Вещественное доказательство симпатии»
В последней четверти XIX века активно укреплялись франко-российские научные связи. Особая заслуга в этом принадлежит барону Жозефу де Бай – археологу и путешественнику, члену Парижского географического общества, почетному члену Уральского общества любителей естествознания. Постоянные поклонники рубрики «Лабиринты истории» в «Вечернем Оренбурге» уже знакомы с публикацией о нем. Для тех, кто не читал мою статью о французском ученом, – небольшая предыстория.
Впервые в Россию барон де Бай приехал в 1890 г. на VIII археологический съезд, где познакомился с русскими археологами. С этого момента судьба барона неразрывно связана с Россией. Тридцать лет жизни он посвятил изучению археологии, этнографии Российской империи. На Урале и в Западной Сибири де Бай побывал трижды: в 1895, 1896 и 1897 годах.
Оренбургская городская дума еще в 1895 году, в ожидании приезда барона, «принимая во внимание то радушие и привет, которыми пользуются русские люди на всей территории французской республики, со своей стороны признала необходимым оказать всякое содействие и внимание» французу.
Была избрана «особая комиссия» под председательством городского головы Н. А. Середы для подготовки «радушного приема» важного гостя. Кроме того, планировалось «просить барона принять на себя труд передать супруге господина Президента Французской Республики госпоже Фор пуховый платок, как образчик местного производства и вещественного доказательства сердечной симпатии и уважения оренбургских граждан всех сословий к великому французскому народу». Но в 1895 году визит в г. Оренбург не состоялся.
«Для преподнесения госпоже Фор»
В середине 1896 года оренбуржцев известили: «Командированный в Россию от Министерства народного просвещения Франции… барон Иосиф Августович де Бай… посетит г. Оренбург с целью археологических и этнографически изысканий».
Информируя о дне отъезда (3 октября по новому стилю. – Т. С.) из столицы степного края французского ученого, один из оренбуржцев в 1896 году писал: «…В 5 часов дня в квартиру барона де Бай прибыли городской голова Н. А. Середа с уполномоченными от города представителями.
Городской голова передал для преподнесения супруге президента французской республики г-же Фор от города Оренбурга шкатулку с пуховым платком. Платок большой величины, белый, по тонкости работы и материалу представляет собою выдающийся образчик местного искусства; шкатулка карельской березы.
Барон де Бай, глубоко тронутый выраженными городом чувствами симпатии благодарил городского голову и представителей…».
В конце декабря 1896 года из канцелярии Оренбургского губернатора «для объявления городской Думе» направлена копия письма французского посла в России графа Монтебелло следующего содержания: «Оренбургское городское управление во время недавнего проезда через Оренбург барона де Бай поручило ему передать госпоже Фор платок – образец известного местного производства в знак искренней симпатии к жителям Франции.
Госпожа Фор, очень тронутая этим знаком внимания, просила передать Оренбургскому городскому управлению ее благодарность, к которой со своей стороны всецело присоединяется и господин Президент Республики». По свидетельству участника события, это послание на заседании Оренбургской городской думы было «выслушано стоя».
Может быть, в музеях Франции этот платок сохранился?
В статье использованы цитаты из архивных документов с сохранением индивидуальных особенностей орфографии и пунктуации, характерных для стиля их автора и исторической эпохи.
Автор Татьяна Судоргина
Фото Александра Мирзаханова
6+
